Публично все выглядит как всегда: Пекин демонстрирует близость с Кремлем, говорит о стратегическом партнерстве, принимает Путина со всеми положенными почестями. Но за официальными церемониями идет совсем другая, значительно прагматичнее работа — и именно о ней стоит говорить отдельно.
Китайская власть выстраивает связи не только с нынешним президентом РФ и его ближайшим окружением. Пекин все активнее работает с чиновниками, управленцами, представителями влиятельных групп — теми, кто вполне может остаться у власти и после смены первой личности в Кремле. О такой долгосрочной стратегии пишет The Wall Street Journal ссылаясь на должностных лиц и аналитиков.
Расчет на десятилетия вперед
Путин управляет Россией уже более четверти века — если считать и президентство, и годы на посту премьера. Политическая система за это время стала максимально зависимой от одного человека. И все же даже здесь Пекин не может просто закрыть глаза на вопрос преемственности.
Речь идет не о ожидании быстрого ухода Путина. Скорее о планировании на годы вперед. Для страны, которая строит стратегии десятилетиями, зависимость от личных договоренностей двух лидеров — это слишком большой риск.
Поэтому китайская дипломатия постепенно уходит от модели «Си — Путин» в сторону значительно более широкой сети контактов. Федеральные чиновники, руководители регионов, представители госкорпораций, силового блока, экономических групп — часть из них так или иначе сохранит влияние, кто бы следующим не оказался в Кремле.
Ставка на то, что курс Москвы не изменится
В Китае, судя по всему, исходят из того, что после смены власти Москва вряд ли резко пойдет на сближение с Западом. Конфронтация уже проникла не только в пропаганду — она в самой работе государственных институтов, силовых структур, экономических ведомств.
Даже новый президент получит систему, зависимую от торговли с Китаем: оборудование, автомобили, электроника, промышленные компоненты, расчеты в юанях. Перестроить такую модель быстро просто не получится.
Для Пекина это шанс сохранить влияние, не привязываясь к конкретной фамилии. Китайская власть хочет, чтобы будущие российские элиты воспринимали сотрудничество с КНР не как временный выход через санкции, а как основу внешней и экономической политики в целом.
Россия становится все зависимее
После начала полномасштабной войны и западных санкций зависимость Москвы от Пекина заметно возросла. Китай — главный покупатель российских энергоресурсов, важный поставщик техники, главный торговый партнер РФ.
Партнерство при этом неравное. России китайский рынок нужен куда больше, чем Китаю — российский. И Пекин этим пользуется: выбивает более выгодные цены, скидки, лучший доступ к ресурсам.
Показательный пример — газопровод «Сила Сибири — 2». Москва годами пытается его продвинуть, чтобы перекинуть часть газовых потоков из Европы в Китай. Пекин не спешит. Переговоры затягиваются именно потому, что Китай выбивает максимально выгодную для себя цену. Даже на высшем уровне контактов окончательного контракта долго не было.
Дружба лидеров — уже не гарантия
Си Цзиньпин и Путин годами подчеркивают личную близость. Регулярные встречи, взаимное «друг» в официальных заявлениях, разговоры о беспрецедентном уровне отношений — всё это давно стало ритуалом.
Но для Китая личные симпатии никогда не заменяли государственных интересов. Оказаться в ситуации, когда после внезапной смены руководства РФ придется заново, почти с нуля, налаживать контакты с почти незнакомыми людьми — именно этого Пекин и пытается избежать.
Подготовка к новому политическому этапу может происходить через:
- приглашение российских чиновников и региональных руководителей в Китай;
- расширение контактов между государственными компаниями и ведомствами;
- совместные образовательные, экономические и управленческие программы;
- работу с должностными лицами среднего звена, которые впоследствии могут пойти на повышение.
Так Китай формирует связи внутри российской системы, а не только на её верхушке.
В Москве замечают китайскую активность
Российские силовые структуры всё более внимательно следят за действиями Китая на фоне углубления сотрудничества. По информации западных журналистов, в РФ фиксируют случаи китайского шпионажа и попытки выходить на чиновников среднего звена.
Публично Кремль эту тему почти не поднимает — открытая ссора с Пекином повредила бы отношениям с партнером, от которого Россия зависит в торговле, технологиях, дипломатии. Поэтому даже потенциально острые моменты Москва предпочитает улаживать тихо.
Ставка не на одного преемника
Публично определенного преемника Путина в России нет. Система построена так, чтобы ни один чиновник не получал достаточно самостоятельности и популярности для открытой борьбы за высшую должность.
Вокруг Кремля — разные группы влияния: силовики, правительственные технократы, руководители госкорпораций, представители ВПК, региональные элиты. Путин держит равновесие, не позволяя ни одной группе усилиться чрезмерно.
Поэтому Пекину выгоднее работать сразу с несколькими центрами влияния. Угадывать заранее имя будущего президента не нужно — гораздо надежнее, чтобы люди из разных частей российской системы уже имели рабочие контакты с КНР.
Москва как младший партнер
Официально Россия и дальше называет отношения с Китаем равноправными. Экономическая реальность говорит иное.
Китай выбирает поставщиков энергии, торгуется по ценам, откладывает крупные проекты, когда ему выгодно. В России, после потери значительной части западных рынков, пространства для маневра значительно меньше. А китайские товары тем временем заполняют российский рынок — и это уже дополнительная конкуренция для местных производителей.
Пекин заинтересован в стабильной России — той, что продает сырье, покупает китайскую продукцию, поддерживает КНР в противостоянии с США. Но эта стабильность не обязательно должна быть связана именно с Путиным лично.
Китайская стратегия показывает: партнерство с Россией здесь рассматривают как долгосрочный геополитический проект. Смена хозяина Кремля может повлиять на стиль отношений. Пекин уже сейчас работает над тем, чтобы она не пошатнула его позиции.
